¿Navidad ya llego? / Праздник к нам приходит?

«А у меня в спичечном коробке есть снежинка, – сказал Том и улыбнулся, глядя на свою руку, – она была вся красная от ягод, как в перчатке (…) – Дело было еще в феврале, валил снег, а я подставил коробок, – Том хихикнул, – поймал одну снежинку побольше и – раз! – захлопнул, скорей побежал домой и сунул в холодильник! (…) – Да, сэр, – задумчиво продолжал Том, обрывая куст дикого винограда. – На весь штат Иллинойс у меня у одного летом есть снежинка. Такой клад больше нигде не сыщешь, хоть тресни. Завтра я ее открою, Дуг, ты тоже можешь посмотреть…»

Рэй Брэдбери, «Вино из одуванчиков»

До Рождества осталась неделя, до Нового Года – две, а праздничного настроения все нет. И вроде Санты давно уже бродят по торговым центрам, фотографируются с детьми. И елки по городу расставлены, шары блестят, гирлянды мигают. Но всем этим огонькам, мишуре и еловым лапам не хватает самого главного – белого фона, а без него они выглядят как будто вырезанными с рождественской открытки и вклеенными в Веракруз по ошибке. Эти елочные базары с продавцами в шортах и шлепанцах, эти надувные снеговики, медленно выгорающие на солнце – как разглядеть за ними волшебство праздника? Как почувствовать Новый Год, когда, войдя в дом, не состукиваешь с ботинок снег, а руки и нос не колет от внезапно накатившего домашнего тепла?

Сегодня +22, завтра обещают +27. Ночью, конечно, прохладнее, «всего» 16-18... С ботинок состукивать решительно нечего...

- Ну и холодрыга! – сказала мне на днях одна коллега.

- Даааа, - протянула я, кутаясь в льняную ветровку без подкладки. – Зима...

Странно, но зима в Веракрузе окрашивает город не в белый, а в пепельно-зеленый - цвет непонятного растения в виде тоненьких спутанных прядей под названием паскле. Весь город буквально утыкан лоточками, на которых индейские женщины продают его пучками, и выглядит это вот так:

Паскле, а также мох и опилки используют как основу для сценок рождения Христа, которые непременно устраиваются в каждом доме. На тех же латках обычно можно купить и все остальное, необходимое для сценки: от деревянного хлева любого размера до фигурок Иисуса, Марии, Волхвов и многочисленных животных. Традиционные в моем понимании новогодние украшения там тоже можно найти. Светятся, мигают, переливаются искусственные сосульки, снежинки и снеговики, и никому, кроме меня, точно не хотелось бы их видеть настоящими.

Я как Том с маленьким кусочком зимы в разгар лета, только у меня вместо коробочка в холодильнике – мысленный образ и набор ощущений, знакомых с детства. Новый Год и Рождество – это иней на ресницах, хруст снега, варежки, медленно кружащиеся за окном снежинки в тишине зимней ночи, уютные свитера и чашка чая, о которую греешь руки, закутавшись в плед. И аромат хвои гораздо острее, когда его вдыхаешь вместе с холодным зимним воздухом. И шуба на Деде Морозе смотрится логично, и румянец на его щеках вполне натурален.

А как же санки, горки, снежки и просто сугробы!.. Зимы все-таки хочется. Красивой, белой, пушистой, без слякоти, без дождей и реагентов. Идеальной такой, сказочной зимы, чтоб звенящий лес как в «Морозко», и чтоб Снегурочка в нем как всегда заблудилась, но дети песней, стихами и хороводом ее бы спасли, а Бабу-Ягу при этом непременно бы перевоспитали.

Мексиканские дети не ходят на «елки» и про Снегурочку никогда не слышали. Лишены они также и валенок, варежек на резинке, снежных крепостей и катков. Им не одевают несколько шапок одну поверх другой и их промокшие от долгого катания на горке рейтузы не сушат на батарее – нет у них рейтуз, как нет, собственно, и батарей.

И вот ведь удивительная вещь: ничего-то самого нужного у них нет, а настроение при этом праздничное! Без пледа, без валенок и даже без снега – а хлопоты те же, и такая же суета, столпотворения в магазинах, письма Санте, списки подарков – крупные, поменьше и суверинчики для коллег – и непременное «С наступающим!» в конце каждого диалога.

Меня тоже поздравляют, конечно, только эти слова так и остаются просто словами. Я знаю, что скоро Новый Год, но мне пока сложно его почувствовать.

Acerca de que tan difícil puede ser regresar a casa / Про то, как трудно иногда бывает добраться домой

Была такая реклама одной зубной щетки, которая чистила зубы «даже в самых труднодоступных местах». Так вот сегодня я ее вспомнила, и даже пожалела, что нет у меня такой щетки, когда старалась из всех своих трудно- и даже очень труднодоступных мест извлечь песок.

Ветер примчался неожиданно. Еще с утра его не было, а уже к обеду дуло со скоростью 100 км/ч. В такие дни местные жители качают головой и со вздохом произносят: «Север пришел», ну то есть северный ветер (и в этой манере называть его одним коротеньким словом, мне кажется, кроется вся к нему нелюбовь и даже какая-то обреченность). В такие дни все окна закрыты, и на улицу не выходят. Но вернуться домой с работы все же хотелось, и я – а что оставалось? – вышла.

С первых же секунд бой у нас с ветром завязался совершенно неравный, мы явно были в разных весовых категориях, и как бы я ни старалась, как бы ни упиралась, фактически это была ходьба на месте. Ощущение было такое, что у меня за спиной парашют, который наполняется ветром, и меня периодически отбрасывает назад.

Песок носился по базе в вихрях ветра, неприятно колол лицо и руки. Кое-как доковыляв до автобусной остановки, впрыгнула в первый подъехавший автобус. Села, отдышалась, провела рукой по лбу – на пальцах остался песок (а на лбу, наверное, след от пальцев). Здесь это состояние называется «empanizado», что, вообще-то, термин кулинарный и значит «в обсыпке»; скажем, филе курицы «empanizado» - это филе, которое, прежде, чем обжарить, хорошенько обваляли в хлебной крошке. По-моему, очень точное слово, в случае с песком полностью отражает положение дел.

Пишу смс Виктору: «Еду домой. Вернее лечу». Приходит ответ: «Лети, возле дома поймаю». Смешно, конечно, но в каждой шутке лишь доля шутки: а поймает ли???

За окном автобуса отчетливо видно коричневое пыльно-песочное облако, накрывшее город. Все как будто в дыму, и солнышко тоже скрылось за этой пеленой. Вижу, как по тротуару, закрывая лицо портфедем, пытается идти мужчина, он весит раза в два больше меня, но каждый шаг даже ему дается с определенным трудом.

В автобусе хорошо и спокойно, но я уже вижу, вон она, за поворотом, моя остановка. Так: выйти, зажмуриться, рот не открывать, носом не дышать и уши, по возможности, закрыть руками. Интересно, далеко ли я так дойду??

Двери открываются, вот сейчас спрыгну со ступеньки, подожму ноги и полечу – Виктор где-то там впереди обещал поймать :)

Стараюсь как можно быстрее – наколько позволяет парашют за спиной – преодолеть стройку: опасно, мало ли что на голову прилетит. Я прямо как Марио из старой компьюторной игры: где перепрыгнуть, где увернуться, а где почти что на четвереньках. Игру можно было бы назвать «Приключения Марио в аэродинамической трубе».

И ветер, конечно же, не в спину, а навстречу. На перекрестке приоткрываю левый глаз посмотреть, какой там свет горит на светафоре. Зеленый – перелетаю через проезжею часть. На ногу прилипилась газета, возле супермаркета ворох листьев начал кружиться в маленькой воронке - вспомнилась «Красота по-американски». Ой, столько уже всего вспомнилось!

Опять перекресток, машин полно по всем направлениям, и все стоят. Сложно с закрытыми глазами разобраться почему, но подозреваю, что не работает светафор – что-то где-то замкнуло или оборвало.

Машинально поправляю прическу – хотя какая прическа??? – смешно! Ее давно уже нет... А ветер потихоньку начинает меня раздевать – и спереди, и сзади блузка неожиданно взлетает вверх – левой рукой придерживаю блузку. Сумка на плече невзирая на то, что нагружена тяжелыми книжками, ведет себя как еще один маленький парашют: отстает, летит где-то сзади и периодически возвращаясь, сильно бьет по спине. Придерживаю сумку правой рукой.

Последний поворот, и вот она, финишная прямая. Шарю в сумке в поисках ключа и попутно ловким движением в стиле Нео из «Матрицы» уворачиваюсь от летящего в лицо пакета. Дом, ну наконец-то! Так вот что чувствует Марио, добравшись до пункта назначения!

Теперь, когда я внутри, пусть оно там снаружи завывает сколько хочет. А мне в душ.

Un, dos, tres,cuatro... / Раз, два, левой...

Вот интересно: в прошлом году 23 ноября был для меня обычным, будничным днем, а в этом – я не только знаю, что сегодня – День Военно-Морских Сил Мексики, но даже чувствую себя в некоторой степени причастной к этому празднику.

А все потому, что с некоторых пор я – страшно сказать – работаю на базе морской авиации! Как меня туда занесло понять сложно. Вернее, если конкретно разобраться в хронологии событий, то все просто: друг, который там работает, предложил вакансию преподавателя английского языка в двух школах при базе, я согласилась. Но если глобально задуматься, КАК я умудрилась пойти работать на военный объект, да еще и чужой страны, да еще и с моим-то невежеством в области рангов и уставов; Я, которая до этого людей в форме и при оружии видела, пожалуй, только на парадах девятого мая; вот если глобально над всем этим задуматься, то совершенно непонятно, как такое получилось.

Утром идешь на работу, еще темно, а на КПП тебе в лицо светит яркий прожектор, и в какой-то момент ты оказываешься в луче этого прожектора так, что тебя видно всем, а ты не видишь никого и ничего. Но к этому, наверное, не сложно привыкнуть. Разговаривая с караульным, можно, я думаю, привыкнуть просто разговаривать, не обращая внимания на его бронежилет, каску и автомат в руках. И к самолетам, взлетающим над головой, заглушая мои объяснения или ответ ученика, тоже, говорят, привыкают. И к сигналу тревоги, по которому надо бежать и строиться перед школой вместе с учениками (это если учебная эвакуация) или бежать и прятаться в учительской (это если учебная атака школы). Все эти и десятки других тонкостей жизни военной базы по отдельности еще ничего, но вот в комплексе усваиваются уже с трудом, и подозреваю, что вряд ли когда-нибудь мной окончательно усвоятся. Но как бы там ни было, эта работа совершенно точно внесла в мою жизнь новые краски: мексиканский колорит, помноженный на армейский – это очень интересная комбинация.

Несколько месяцев уже ношу форму, а все равно каждый раз удивляюсь своему отражению в зеркале. Правда, это не военная форма, а всего лишь «униформа гражданского преподавателя» (темно-синие брюки и белая блузка с гербом школы), но все равно ощущения противоречивые, потому что одеваться одинаково с другими людьми меня не заставляли со времен зеленого школьного пиджака. Вот так натяну с утра форму – на груди красуется надпись «На службе у Отечества» (и в моем случае лучше не задумываться, про какое отечество речь и как я ему служу) – и иду на работу, преподавать английский язык по-испански.

Сложно писать о работе на военном объекте – вдруг взболтну что лишнее, выдам ненароком какую-нибудь диспозицию или дислакацию или что-нибудь еще в этом роде. Но я думаю, что не раскрою никакой тайны, если расскажу, что на этой базе есть две школы: «Техническая Школа Авиамеханики», куда отправляют на повышение квалификации механиков с баз ВМС из разных частей страны, и «Школа Военных Медсестер», которая приравнивается к ВУЗу и принимает выпускников средних школ.

В обоих учебных заведениях английский входит в обязательную программу, как бы ученики тому ни сопротивлялись. Наши уроки обычно проходят в борьбе: в меньшей степени с глаголом to be и прочими грамматическими и лексическими нюансами, в большей – с ленью, отсутствием мотивации и – самое страшное – сном. Вопрос, который недавно поставил меня в тупик: «А что делают в российской школе, когда ученик засыпает?» Причем, не «если вдруг», а именно «когда». И в самом деле, что? Или я одна училась в школе, где ученик, во сне падающий лбом на учебник – картина невообразимая? А мои тут маршируют, отжимаются, поют и даже едят сухой чили, а коварный сон все равно подкрадывается и косит их, даже если мы занимаемся стоя, даже во время экзамена! И это будущие медики – ну что ж, пусть уж они лучше на моих уроках отоспятся за партой, чем потом в каком-нибудь военном госпитале за операционным столом.

Что до механиков – эти на уроках не спят, но говорить или хотя бы читать по-английски вряд ли когда-нибудь смогут. И не только потому, что они в основном в два раза старше будущих медсестер и медбратьев, но просто мой предмет, втиснутый между «Турбинными системами двигателей» и «Основами аэронавтики», им кажется совершенно бесполезной тратой времени. Впрочем, они, как люди военные, не спорят, и если «сверху» сказали –значит, будем speak English, пусть хотя бы и на уровне начальной школы, тем более, что многим из них не мешало бы туда вернуться. И это я не злорадствую, судите сами: для большинства стало окровением, что имена собственные пишутся с большой буквы, а в конце предложения ставится точка. По поводу фразы Tom reads a book (Том читает книгу) меня спросили, изменится ли форма глагола «читает», если вместо Тома подставить другое имя. Один мой знакомый посоветовал не использовать никакие имена, кроме Тома, в предложениях на экзамене, чтоб не усложнять ученикам задачу.

Как-то раз я объясняла одно грамматическое правило: мол, если слово заканчивается на гласную, то окончание будет такое-то, а если на согласную – такое-то. Ха, - хмыкнул один тип с последней парты, – Ну и как я узнаю, гласная там или согласная?!

И несмотря ни на что, у меня с механиками хорошие, даже дружеские отношения. Мы можем отлично поговорить «за жизнь», каждый урок они заваривают мне чашечку чая, помогают отнести в учителькую книги и тяжеленный магнитофон, а на мой день рождения - так вообще был шикарный торт, подарки и даже танцы. А вдруг чему-то – да и научатся??

К чему это я? Ну да, так ведь 23 ноября, день ВМС, мой отчасти профессиональный праздник, который я обязательно буду теперь всегда отмечать. Потому что, как бы ни было нам с глаголом to be тяжело и порой страшно, но все равно приятно, когда идешь по базе, и встречные курсанты, вытянувшись стрункой, салютуют (хоть по уставу и не должны). Наверное, надо пойти в какой-нибудь скверик и ждать там «однополчан»? А может в фонтане искупаться? Или это на День Десантника??...

Historias Espeluznantes / Страшилки

Сегодня в Мекскике отмечают День Мертвых. Я уже писала об этом празднике год назад, поэтому снова вдаваться в подробности этой странной традиции не стану. Но раз уж Хэллоуин и День Мертвых – это время, когда все только и говорят, что о привидениях, ведьмах, вампирах, и прочей нечести, то я решила воспользоваться моментом и рассказать пару историй на эту тему – потому что если не сейчас, то когда еще такое рассказывать?

Я много читала о том, что Мексика – совершенно особенная страна с повышенной паранормальной активностью. Здесь, якобы, находится некий земной разлом, и из него на поверхность выходит какая-то таинственная энергия, которая вроде бы стирает грань между нашим и потусторонним миром. И, кажется, этим же объясняют тот факт, что в Мексике регистрируют самое большое число встреч с НЛО в мире. А сколько загадочных существ населяет здешние леса! Тут и ведьмы с лешими, и неизвестные науке животные и прочие монстры типа чупакабры, и всевозможные духи, от которых только индейцы знают как спасаться.

Можно сказать, паранормальное здесь давно стало нормальным. В 2004 один полицейский из города Монтеррей подробно описал в своем рапорте, как на его патрульную машину напала летающая ведьма. В том же году несколько «светящихся объектов» преследовало военный самолет, после чего мексиканские вооруженные силы официально признали факт существования НЛО.

Словом, я бы не сказала, что мексиканцев совсем не пугает потустороннее и необъяснимое наукой, но при таком количестве информации и фактов, мне кажется, они научились воспринимать эти явления с любопытством, но спокойно и без паники.

Есть в Мексике, а точнее в южной ее части, легенда про неких существ под названием чанеке. Веракруз – как раз один из тех районов, где эти существа обитают. Чаще всего их описывают как невысоких человечков, карликов или детей с лицами старичков. Живут чанеке в лесах, горах и близ рек и известны своими проказами и злым нравом. Их любимая забава – запутать путешественника и заставить его заблудиться в лесу или в горах. А еще они часто крадут домашний скот или даже деревенских детишек. Некоторые племена индейцев особенно боятся чанеке, считая, что те могут украсть человеческую душу, и если вовремя не соврешить особый обряд возвращения души, то человек умирает. Поэтому индейцы носят специальные амулеты от чанеке, а детям одевают одежду задом наперед – такая вот мера предосторожности.

Но не только индейцы страдают от зловредных карликов. Мне уже не раз доводилось слышать истории про них, что называется, из первых уст. Например, однажды Викторов дедушка, проезжая поздно вечером мимо леса, увидел, как из чащи ему навстречу вышел невысокий абсолютно голый человечек – на расстоянии из-за маленького роста он принял его за ребенка, уже предположил, что тот заблудился и хотел было оказать помощь, но «ребенок» постоял немного и, рассмеявшись, скрылся в лесной чаще. А один двоюродный брат Виктора рассказывал, что у него с ранчо как-то раз пропала лошадь. Он нашел ее на следующий день в лесу, вся грива и хвост лошадки были заплетены в сотни мелких косичек. И хотя обеим историям при желании, наверное, можно найти и более логичные объяснения, для местных первое, что приходит на ум – проделки чанеке.

Еще один известный в Мексике персонаж – Плакальщица. По легенде молодая женщина по имени Мария утопила своих детей, чтобы начать новую жизнь со своим любовником, но тот бросил ее, и безутешная женщина покончила с собой. На небесах, у врат в рай на вопрос «Где твои дети?» она соврала, что не знает. За это Господь вернул ее на землю, искать своих детей. Плакальщица, приговоренная к вечному скитанию по земле, появляется в разных частях Мексики возле рек и пронзительно кричит «Ааааай, дети мои!» И все бы ничего, легенда как легенда, если бы однажды душераздирающий вопль этой женщины не услышал собственными ушами мой муж...

Может быть, у мексиканцев просто очень богатое воображение?

Напоследок, городская веракрузская легенда: есть в городе один детский парк, построенный напротив кладбища. Говорят, территория парка тоже раньше принадлежала кладбищу, а еще говорят, что это был не просто кусок земли, но и захоронения там тоже уже имелись. Вот уже лет 40 как в этом парке происходят странные вещи, якобы души потревоженных умерших не дают детишкам спокойно играть на каруселях и в песочницах, да и городские власти не помогают – поставили в парке статуи Белоснежки и семи гномов, такие страшные, что, прямо скажем, никаких приведений не надо – дети начинают плакать уже при виде этих сказочных «монстров».

И вот темной-темной ночью съемочная группа одной телекомпании отправилась в темный-темный парк напротив темного-темного кладбища, чтобы убедиться, правда ли что по ночам статуи гномиков и Белоснежки оживают....

Cumpleaños con el sabor a...mmmm....Irlanda / День рождения с привкусом ...хммм.... Ирландии

Как говорила героиня Мерилин Монро в одном обожаемом мной фильме, «четверть века – есть о чем задуматься». Хотя сложилось так, что меня окружают в основном люди постарше, и задумываться особо не о чем: сколько бы мне ни исполнилось, я все равно всегда для них буду слишком молодой или даже маленькой. Но 25 – это все-таки юбилей, и потому хотелось отметить его как-то по-особенному, ну по крайней мере не дома.

Выбор отчего-то пал на ирландский ресторан-паб, где решено было собраться небольшой компанией близких друзей. Не знаю как там в самой Ирландии, но за ее пределами все ирландское почему-то должно быть непременно ярко-зеленым (уж не Дублин - ли настоящий Изумрудный город?) Ресторан был зеленым снаружи, зеленым внутри и даже пиво там подавали зеленое!

Светильники украшали трилистники – без них никак, а на скатертях (зеленых, конечно) были изображены маленькие лепрекончики и горшочки с золотом, которые они охраняют по традиции. Словом, классическая такая Ирландия, с дежурным фольклором и соответствующей атрибутикой.

Часть гостей появилась с опозданием в полчаса (что для мексканцев норма), другая часть не пришла вовсе (что тоже, а принципе, никого не удивило). Вечер шел своим чередом: подарки, еда, разговоры под кружечку зеленого пива. А потом меня обступили официанты, пели «С Днем Рождения тебя», сыпали конфетти, а в конце поставили передо мной кусок торта со свечкой. Торт выглядел крайне аппетитно – клубничный чизкейк со сливочным кремом. Под апплодисменты друзей я загадала желание, задула свечку и в общем-то уже была готова занести ложку над десертом как вдруг сидевшая рядом со мной подруга буквально выдернула тарелку у меня из-под носа с криком «Быть того не может! Плесень!»

Все дружно подались вперед, согнулись над несчастным тортом и в полумраке ресторана уставились на довольно большое серебристо-зеленое пятно возле самой кремовой каемки чизкейка. Тут, конечно, надо знать моих друзей, потому что другие на их месте захлебнулись бы от возмущения, подняли бы крик или, например, позвонили бы в санэпидемстанцию. А они, как всегда, все обратили в шутку. Ну, конечно, это просто особенный чизкейк, из сыра с плесенью, рокфора, например. Деликатес короче. И вообще, раз уж в этом ресторане все зеленое, то и торт тоже должен быть зеленым.

Еще немного – и мы уже рассмотрели в пятне очертание трилистника – ну точно ирладнский старинный рецепт чизкейка. И потом, только благодаря такому вот «волшебному» тортику можно-таки увидеть тех самых лепрекончиков со скатерти и даже, если повезет, найти то место , где кончается радуга и спрятан их горшочек с золотом – а без хорошо выдержанного чизкейка это сделать просто невозможно. Словом, прекрасный торт, с изюминкой.

Но менеджера мы все же пригласили.

Пока он шел, фото уникального торта уже было выложено в Facebook с комментариями не только о том, КАК отмечают день рождения в Ирландии, но и ГДЕ в Веракрузе можно приобщиться к этой старинной ирландской традиции.

Вместо менеджера пришел владелец заведения. Подозреваю, что это был первый день рождения, который отмечался в данном ресторане (потому как открылся он всего пару недель назад), и владелец явно расчитывал на восторженные отзывы о том, как проникновенно официанты пели и как задорно бросали конфетти. Надо было видеть пробежавшую по его лицу судорогу, когда мы вручили ему тарелку с тортом. Мне показалось, что ему правда очень искренне стало стыдно, и он бы многое отдал, чтобы оказаться в этот момент а) невидимым лепреконом б) в Ирландии. Торт он унес, и мы стали делать ставки, как же они будут выкручиваться: принесут ли мне другой десерт, сделают ли скидку или придумают что-то другое.

В итоге мне просто принесли другой кусок такого же клубничного чизкейка, на 99% уверена, что отрезан он был от того же самого торта. Так в один момент официант в тот вечер лишился чаевых, а ресторан в целом на всегда лишился нас.

Хорошо, конечно, что не принесли тот же самый кусок с выемкой на месте зеленого пятна, или, скажем, не заткнули «трилистник» дополнительной клубничиной – теоретически ведь и такое могло быть. Но есть этот торт все равно совершенно не хотелось. Говорю за себя, потому что пара моих прожерливых друзей под предлогом «это просто капелька воды в то место упала и потом заплесневела, а так сам торт-то хороший» умяли кусок без всякого страха, нисколько не смущаясь гримас отвращения всех остальных. Стальные у парней желудки. Правда, я с ними после этого еще не созванивалась, так что не могу ручаться за их доброе здравие...



старинный ирландский рецепт....

  
 

Para vanagloriarse / Похвастаться

Полтора года назад, начиная свой блог, я и не подозревала, куда он меня заведет. Сначала выяснилось, что это затягивает, я пристрастилась к процессу, и писательский зуд уже не дает жить спокойно. Потом, к моему большому удивлению, оказалось, что то, что я пишу еще и читают! Причем – к еще большему моему удивлению – не только мои родные и друзья, но и совершенно незнакомые мне люди. А уж получать комментарии и письма от читателей – вообще невероятный кайф, о котором я раньше даже не догадывалась.

И вот прошло полтора года, я втянулась, расписалась и до того поверила в свои силы, что решилась замахнуться на нечто большее – тем более, что подвернулась такая возможность. Итак – барабанная дробь – я, без году неделя блоггер, сподвиглась написать статью для одной мексиканской газеты. Издание это весьма скромное, называется «México Me Engrandece» (то есть букв. «Мексика меня развивает»), распространяется бесплатно и только в Мехико. Но для меня лично это никак не умоляет важности события. Я думаю, для начала это совсем не плохо, и потом, статью ведь пришлось писать на испанском, и это тоже стало для меня определенным достижением.

Вот она, моя статья на настоящей странице настоящей газеты, с заголовком большими буквами, именем автора в самом низу и, конечно, рекламой – все взаправду :)

Перевод статьи тоже прилагаю.

Bicentenario / Большая дата

Наводнение, накрывшее Веракруз, смыло своим мощным течением все прочие новости последних недель. А между тем, за пару дней до того, как вода начала заливать гостиные, обитатели этих самых гостиных накрывали столы и готовились отмечать праздник, которого давно ждали: независимой Мексике стукнуло 200 лет.

Строго говоря, 15 сентября 1810 года Мексика не обрела свою независимость, а только сделала первый шаг ей навстречу, начав войну с Испанией. Но так как первый шаг – он, как известно, трудный самый, то именно эта дата стала красным днем календаря.

Я не очень хорошо знаю, как именно отмечается День России, никто из моих знакомых этого праздника не ждет и уж точно не назовет его в числе любимых или самых важных в году. День как день, только на работу идти не надо. Многие и дату-то точную не вспомнят. А в Мексике все совершенно иначе, 15 сентября от души любят и по-настоящему ждут, и это не патриотизм из-под палки, а просто искренне нежное и трепетное отношение к родине.

О том, как здесь принято отмечать этот день, я уже писала год назад. В этом году все было почти так же, только в связи с большой датой обычный мексиканский патриотизм помножился на десять.

Вообще так совпало, что в 2010 Мексика отмечает сразу две крупные даты: 200 лет независимости и 100 лет революции. Поэтому все - от мероприятий любого толка до товаров в магазинах - в этом году носит приставку «посвещается двухсотлетию Мексики и столетию революции». Можно, скажем, купить трусы с вышитым на них флагом и памятной датой и надеть их на февральский традиционный карнавал, темой которого в этом году, естественно, были юбилеи. А можно купить тортильи в особенной праздничной упаковке с триколором, сделать из них такос и усесться перед телевизором смотреть игру Мексика – Испания, приуроченную, ясное дело, тоже ко дню рождения страны.

И снова повсюду флаги: на домах и офисных столах, на машинах и колясках детей. Чем ближе к празднику – тем выше концентрация флагов на квадратный метр. Мне приятно видеть как город постепенно окрашивается в зелено-бело-красные цвета, как суетится народ, прикупая к праздничному столу разные любимые деликатесы, и спрашивают все и у всех «А вы где будете отмечать?» Прямо как Новый Год в России, разве что подарки дарить не принято.

Два года назад на центральной площади Мехико установили гигантский таймер и запустили обратный отсчет до заветной даты. Столько всего успело произойти за это время в моей жизни: свадьба, переезд в Мексику, адаптация; новая жизнь, новый язык, культура и быт; новая работа, наконец. Время стремительно бежало, бурлило и кипело вокруг меня, а счетчик на центральной площади Мехико продолжал беспристрастно отсчитывать дни, часы, минуты и секунды. Пока, наконец, цифры не начали обращаться в нули в прямом эфире всех местных телеканалов.

Нет, конечно, это были не просто цифры, за ними ведь труд стольких людей, которые на протяжении всех этих двух лет, сложенных из сотен дней и тысяч минут, только и делали, что планировали и готовили юбилейные торжества. И, надо сказать, старались они совершенно не зря.

Специально приглашенный австралийский режиссер, который несколько лет назад придумал церемонию открытия Олимпийских игр в Сиднее (она, кстати, тоже состоялась 15 сентября), поставил невероятное костюмированное шествие по главной улице Мехико. У меня было такое ощущение, как будто он снял с Мексики кожуру и выжал сок, выбросил при этом косточки и прочее ненужное и сконцентрировал самое-самое сочное и вкусное. Все, что составляет эту страну, все, что отличает ее от других, он умудрился уместить в эти пару часов парада. Здесь, конечно, были хрестоматийные индейцы с пирамидами, конкистадоры на лошадях и в доспехах, национальные горои и борцов за независимость. За ними следом появились танцоры в традиционных костюмах каждого штата и музыканты всех самых популярных местных стилей. Меня особенно порадовало, с какой любовью были отобраны и представлены маленькие детали, то, что символизирует настоящую Мексику, и это были не только такие очевидные атрибуты как сомбреро, кактусы и мариачи; по улицам прошли продавцы кукурузы со своими неповторимыми тачками, на которых они возят по городу свой товар; девушки-цветочницы из известного на всю страну района Сочимилько пронесли корзины полные роз и хризантем; отдельный движущийся подиум представил традиционные детские игрушки. И все это было так интересно устроено, с хитроумными техническими приспособлениями, платформами на колесах, сложными костюмами и гримом. А в конце появился огромный скелет, представляющий самый мексиканский праздник – День Мертвых. Вся процессия медленно приближалась к цетральной площади города, на которой народ уже ждал кульминации торжества – традиционного «крика» президента с балкона своего дворца. По обычаю вкратце повторив речь, некогда послужившую началом борьбы за независимость, президент зазвонил в колокол и поднял над головами собравшихся флаг. И тут же небо над президентским дворцом озарилось фейерверком в цветах триколора, ему ответили залпы с другой стороны площади, центральный Собор буквально утопал в разноцветных огнях, такой потрясающий салют мне довелось видеть впервые.

Небольшой репортаж о параде, думаю, поможет уловить общее настроение праздника.


В Мексике прошел грандиозный парад

Всю ночь, до трех утра, по всему Мехико, как впрочем и по всей стране, продолжались концерты и народные гулянья. А на утро все на той же центральной площади прошел военный парад (и как только успели навести порядок) – первыми появились парашютисты, потом прямо на площадь посадили вертолеты. Пролетали истребители, шли колонны различных частей и подразделений армии, флота и ВВС, было много приглашенных участников из других стран, в том числе и из России.

Этого двухсотлетия долго ждали и старательно к нему готовились. И, на мой вечно очень критичный и придирчивый взгляд, оно удалось. Все было торжественно, трогательно и как-то по-настоящему, так, что я, заразившись их патриотизмом, даже выучила мексиканский гимн!

Осталось выучить российский... (ну не укладываются его новые слова у меня в голове).

Несколько фото